Пардон, но Netscape 4 поддерживается крайне условно Rambler's Top100

ты, БЛИН, попал!
Сетевой журнал БЛИН
реклама, БЛИН
Hosted by:
Юморные выпуски от Алекса Экслера
разделитель Ария князя Игоря, или Наши в Турции
сегодня на БЛИНе
на БЛИНе

заметки

нетленка

библиофобия

аудизм

блины оптом

агентство БЛИ-Ньюс

чёрствые разделы:

блин скопом

куда податься

о БЛИНе

закулисы

ЖЖ-зеркало

кухня

ФАКа

блины — почтой

Рассылка 'БЛИН: графомания, библиофобия и аудизм в одном флаконе'

блин-опрос

плевательница

болтушка

нота протеста

внутренние ссылки

Сумбур о сапиенсах:

Отмазки

Могучие кучки

Склонность к обобщению

Кучкина мораль

Отмазки, часть вторая

Ценности для всех

Паранойя

Пропагандистский мир

Доверяй, но проверяй

По образу и подобию

Дорваться до власти

Не влезай — убьёт!

Сумбур о сапиенсах

Игорь Крейн

11.11.2004

не забудьте про отмазки!

Не влезай — убьёт!

О ментальных заборах

Я вообще не очень люблю спорить с верующими людьми о вере. И не только потому, что это бессмысленно (я уже как-то говорил о разной аксиоматике). Но также и потому, что в таких спорах я как человек неверующий изначально нахожусь в выигрышной позиции: у меня гораздо больше возможностей задеть чувства верующего, чем у него — мои. Причём задеть их я могу ненамеренно.

У верующего (в обычном понимании) человека гораздо более узкие рамки дозволенного: вот об этом он ещё может говорить более-менее свободно, а вот о том уже нет. Поставить под сомнение святость божества верующему человеку, похоже, вообще не приходит в голову: эта тема у него огорожена красными флажками. Или даже забором из колючей проволоки, на котором развешены предупреждения: «Божество свято».

Я же, избавленный от подобного ментального забора (как хотелось бы сказать, что заборов у меня нет вообще! — но не скажу, ибо это не так), могу позволить себе высказаться о, например, Христе в таком духе, что христианин воспримет мои слова как смертельное оскорбление. Повторюсь: у меня не будет намерения оскорбить или обидеть верующего. Это не мой забор, это его забор. У меня в этом месте забора нет, и я гуляю там свободно. Верующий же мой собеседник проецирует мои слова на себя, на своё мировоззрение — и у него тут же врубается сирена, собаки давятся лаем, лучи прожекторов мечутся по огороженной территории, пытаясь нащупать нарушителя, а часовые принимаются бессмысленно бегать, кричать матом и палить в воздух и во всё что движется. А как же иначе: чужой проник на запретную территорию. Ему надо показать если не кузькину мать, то хотя бы римского папу. Начинаются эмоции, логика заканчивается — спорить не о чем.

Но дело в том, что я не обязан думать о чужих заборах: есть они или же их нету, а если всё-таки есть — то где именно (то есть на каких темах) они стоят. Конечно, я могу иметь в виду наличие каких-либо заборов у собеседника, могу стараться обходить их, в случае если этот человек мне дорог и я не хочу попусту задевать его чувства. Могу. Ну а если собеседник мне по большому счёту безразличен? А если непосредственного собеседника вообще нет; если я рисую картину, снимаю фильм или хотя бы пишу вот этот самый текст и выкладываю его в Интернет, где уже не могу контролировать доступ к нему? В этом случае думать о чужих гипотетических заборах я, скорее всего, не буду. Мало ли какие у людей бывают заморочки; мало ли у кого на каких темах понастроено заборов — что ж мне, вообще ничего не делать, чтобы никого, ни боже мой, не обидеть? Да ну, мне и своих заборов хватает, чтобы с ними бороться.

 

Рассуждаем дальше на примере того же христианства. Христианство, являясь монотеистической религией с переразвитым институтом церкви, за долгую историю обросло своими канонами. Можно считать, что заповеди вроде «Не сотвори себе кумира» или «Не укради» — нечто вроде эталонных (для христианина) «заборов». При этом следует отличать эти эталонные заборы от заборов персональных. Ибо на самом деле у каждого из христиан будут свои собственные заборчики, соответствующие эталонным. Свой заборчик для «Не укради», свой для «Не прелюбодействуй». Они могут быть похожи на эталонные, а в отдельных, наиболее запущенных случаях даже очень похожи — но они будут свои.

Ну вот, к примеру, человек знает, что воровать грешно, но «если не у меня и немножко» (скажем, у государства «во временное пользование») — то можно. И человек думает, что прорезает в эталонном заборе лазейку — для себя. На самом же деле эталонный забор как был «Не укради», так им и остался. Человек же этот просто сделал маленькую приписку к надписям «Не укради», которые развешены на его собственном заборе. Но человек думает иначе, и он не одинок в своих заблуждениях.

Если у многих людей на одной и той же теме стоят очень похожие ментальные заборы, люди думают, что это всё один общий забор. Так, большинство христиан уверено, что забор «Не укради» — один на всех. И заборы «Не убий», «Не прелюбодействуй», «Почитай родителей» и так далее — тоже одни на всех. Причём эти заборы якобы являются общими не только для христиан, но и для всех людей вообще. (Это, кстати, к вопросу об общечеловеческих ценностях.)

Междумыслие, или Всё решает количество:

Некоторые, как известно, завели себе привычку обижаться вообще на правду. Они решили, что такие слова как «толстый», «негр», «гомосексуалист» и тому подобные — ругательные, и их нужно запретить. В то время как (скажу страшную вещь) слова сами по себе ругательными не бывают. И «политкорректными» тоже. Потренировавшись немного по системе Станиславского, можно любого негра назвать афроамериканцем с такими интонациями, что для него было бы лучше, если бы его сто раз обозвали грязным ниггером, да вдобавок откопали ногами.

Здесь всё решает количество — как обычно. Многие считают, что толстым быть плохо, многие не любят негров или «голубых» — значит, слова они употребляют «нехорошие». Так давайте же запретим эти слова, и будет всем щасте.

Всё решает количество. Очень многие являются христианами, поэтому если ты рисуешь картину для выставки «Осторожно, религия!» — так непременно для того лишь, чтобы оскорбить христиан. А вот если бы христиан было совсем мало — никто бы с ними и не считался. Представьте, что какой-нибудь невинный натюрморт по какой-то там причине оскорбляет чувства только одного человека. И пусть этот человек, через чей персональный и уникальный «забор» этот натюрморт перелез, попробует что-то вякнуть по этому поводу. Да христиане первые поднимут его на смех. Ну сумасшедший, что возьмёшь.

А так: нас много, и мы имеем право. Типичная психология человека, который уверяется в своей правоте за счёт того, что другие «думают так же». В одиночку ведь думать страшно.

Разумеется, многие такие «общечеловеческие» псевдозаборы известны и их можно обходить стороной — но нужно ли? И если нужно, то для чего? Для того чтобы не обидеть общечеловеков? Или же — чтобы эти общечеловеки всею толпою не набросились на тебя за пересечение их заборов? Ведь реакцию верующих на, скажем, ту же выставку «Осторожно, религия!» предугадать заранее было несложно. От разговоров (ай-я-яй, кощунство, оскорбление чувств верующих, разжигание межрелигиозных распрей) — и до действий (резать, жечь, обливать кислотой). Что, собственно, и произошло.

Или другой пример, посвежее — недавний скандалец в Живом Журнале по аналогичному поводу (ссылку на сам «скандалец» не дам, чтобы не гнать новую волну разборок). Безобидная на взгляд неверующего человека картинка — икона Богородицы с поленом на руках — вызвала бурю достойных христианина эмоций. Очень быстро и главное, «кстати», вспомнили о национальности автора картинки, а поскольку она, национальность, оказалась «некондиционной», то тут же пошли разговоры о погромах. Происходи это всё не в Интернете, а в реальной жизни, кое-кто на полном серьёзе схватился бы за топор, не постеснялся бы.

«Логика» обиженных приблизительно такова: русский человек не мог намалевать этакой мазни (неправомерное обобщение); есть темы, которые лучше не трогать (общечеловеческие псевдозаборы); это всё эпатаж и желание сделать больно другим (мнительность).

Впрочем, последний аргумент, пожалуй, стоит прокомментировать подробнее. С ним часто связывался встречный вопрос: а вот если бы кто-то взял фотографию твоих родителей и пририсовал им рожки (выколол глаза; испещрил нецензурными надписями — добавить по вкусу) — как бы это тебе понравилось? Конечно, человека могут связывать с родителями и не дружеские отношения, а вовсе даже воинственные, хотя такая ситуация наверняка не приходит в голову многим из христиан, привыкшим рассуждать «общими» шаблонами типа «Чти отца и мать». Но я не буду выставлять это в качестве возражения. В конце концов, не нужно обладать лбом высотой в семь пядей, дабы понять, что вопрос-то заключается всего лишь в том, чтобы найти «уязвимое место» оппонента и кольнуть в него немытым копьецом, да поглубже. И там три раза провернуть своё оружье.

То есть: ты вторгся на мою запретную территорию? А как бы тебе понравилось, если бы я вторгся на твою?

Вот это как раз важно. Ибо обидевшиеся никак не могут уразуметь простой вещи: они настолько мнительны, что вообразили себе, будто автор картинки поставил себе целью оскорбить чуть ли не персонально каждого из них. Меж тем, намерения оскорбить кого-либо у автора не было в принципе. Он не влезал на их территорию, он ходил по своей. И там, в том самом месте, где у многих есть забор, у него такого забора нет. А если и есть — то другой: иной формы и с иными надписями.

 

Аргументы для тех, кто в танке

А теперь аргументы для тех, кто не принимает моей версии о персональных заборах. Ну, может, я плохо объяснил или же ошибся в рассуждениях. Либо же вы понимаете мои объяснения, но всё равно верите в общие для каких-то групп людей заборы. Ладно, давайте так. Но сразу скажу, что существование именно общечеловеческих заборов, то есть заборов именно для всех без исключения, я рассматривать не буду. Разве что мимоходом: скажем, общего для всех забора «Божество свято» нет, поскольку его нет по крайней мере для одного человека... Догадайтесь, кого я имею в виду.

Итак, давайте допустим, что общий для христиан забор с надписью «Божество свято» всё-таки существует — ведь именно на этом они, собственно, и настаивают. Так, по поводу всё той же «кощунственной мазни» с изображением Богородицы и полена с нимбом один из наиболее мыслящих адвокатов бога озвучил приблизительно следующее: все ваши концептуальные измышления, культурологические анализы и прочие исследования — это всё хорошо, но вот только не нужно их применять к нашему богу. Цитирую: «Засуньте, пожалуйста, свои анализы обратно... А Дом Отца Моего деконструировать не надо».

Казалось бы, разумное требование, не так ли? Нам нравятся наши тараканы, и не суйтесь с вашим дихлофосом, если вас не просят.

Всё верно, если бы не одно маленькое «но».

Давайте теперь представим себе, что та же Православная Церковь «варится в собственном соку». То есть не пытается распространить своё влияние в светскую жизнь, а тихо-мирно проводит свои богослужения в предназначенных для этого местах. Идиллическая картина, как по мне.

И вот, допустим, находится один дурак — давайте для простоты будем считать, что это я. Я, стало быть, в один прекрасный воскресный день захожу в одну из церквей — прямо на службу. На мне футболка с кощунственной надписью «Всё фигня, кроме пчёл — даже Иисус!», а в руке мегафон, посредством которого я призываю всех присутствующих опомниться. Мол, вы что, товарищи православные, мол, прекратите заниматься глупостями, мол, никакого бога нет, это научный факт, мол, я пришёл спасти вас — нет, не ваши души, но ваши тела и разум — и так далее.

Как на меня посмотрят «товарищи православные»? Понятно, как. И правильно сделают.

На самом деле мне, конечно же, и в голову бы не пришло даже в очень мягкой форме «открывать глаза» разнообразным верующим, если бы они «варились в собственном соку». Да я бы, вполне возможно, даже не знал об их существовании. А знал бы — ну так максимум мог бы за кружкой чая обсудить с друзьями: «Видали этих? Странные люди — богу поклоняются...»

Действительно, ну какое мне дело до того, какой ерундой (с моей точки зрения) они там занимаются, если меня это никоим образом не касается? Если ко мне не пристают на улице разнообразные околохристианские сектанты с призывами приобщиться к единственно верной религии. Если в школах не пытаются ввести Закон Божий. Если по всем телеканалам не показывают многочасовые пасхальные шествия. Если в пользу церкви, во имя, разумеется, восстановления справедливости, не отбираются помещения и земли. Если, если, если...

Помечтали? Ну и хватит.

Когда церковь вмешивается в мою жизнь, её почему-то не заботит, нравится мне это или нет. Она «знает правду» и хочет рассказать её всем «заблудшим»? Что ж, стремление похвальное, да вот только средства подкачали. И мне — лично мне — эти средства не нравятся. Так почему же я должен это терпеть?

Ведь, казалось бы, всё очень просто: не тычьте ликом Отца Вашего в мои окна, и я не буду лезть в Дом Его своими грязными ногами.

Причём заметьте, что я всё-таки не лезу в «Дом Отца Ихнего» — я не брожу по церквям с агитационной деятельностью. Даже несмотря на то, что нынешняя ситуация далека от вышеописанной гипотетической идиллии. Я всего лишь реагирую на вторжение на мою территорию. Реагирую, как видим, не на чужой территории — а на своей или же на нейтральной. Я пишу этот текст, но не развешиваю его на стенах церквей, а выкладываю его в Интернет. Кому нравится — читает, кому нет — не читает. Или же не нравится, но он всё равно читает и давится — но это уж не мои проблемы.

И точно так же некие художники выставили свои картины вовсе не перед церквями или, допустим, домами верующих, а на нейтральной территории. И даже поставили защиту от дураков: табличку с надписью «Осторожно, религия!». Не помогло — дураки всё равно повалили смотреть на богохульную мазню и оскорбляться. Ну, на то они и дураки, чтобы дурости делать.

 

Подведём итоги.

Я не знаю, какими побуждениями руководствовался человек, нарисовавший на иконе полено. Очень даже может быть, что его намерения были гораздо благороднее моих. Почти наверняка. Но гадать об этом не стоит. В конечном счёте, чтобы оценить результат, совсем не нужно знать, что автор там себе такое думал в процессе творчества, чем питался, насколько высокоморальную жизнь вёл и к какому из колен израилевых принадлежит. Не нравится тебе картина, обижаешься — не смотри. Боишься за собственные чувства — следи за тем, куда вступаешь. Не читай «рискованную» литературу, не ходи на заведомо «подозрительные» выставки, не ввязывайся в опасные для себя споры... Следи за своими «заборами» сам; холи их и лелей, подкрашивай время от времени, подрисовывай надписи, обтягивай новой сеткой и пропускай по ним ток — если тебе твои заборы так дороги.

Но отказать человеку в праве рисовать подобные картины и даже выставлять их на выставках — ты не можешь. Ты можешь не впустить его — с этой картиной или без неё — в свою церковь или в свой дом, но — не более того.

 

Третья часть Марлезонского балета, или Для тех, кто не вылезает из танка даже по нужде

Специально уточняю: я не о христианстве здесь распинался. Точнее — не только о нём.

Я о «заборах» хотел...

 

<< ещё сумбура о сапиенсах

 

съедено БЛИНов

Рейтинг@Mail.ru
rax.ru: показано число хитов за 24 часа, посетителей за 24 часа и за сегодня
Rambler's Top100
БЛИН-реклама
[заметки] Фантастика и Голливуд[нетленка] Шутник[аудизм] Patricia Kaas 'Piano Bar', 2002[библиофобия] Знакомимся: Коэльо П. 'Дьявол и сеньорита Прим'

БЛИН | заметки | нетленка | блин скопом | библиофобия | аудизм
блины оптом | агентство БЛИ-Ньюс | куда податься

закулисы | кухня | ФАКа | блины — почтой
плевательница | болтушка | нота протеста

 
(Б) 2001—FFFF
Дизайн (приближение 1.12): гудел Чеслав, подзуживал Игорь Крейн
This page is worst viewed with NN 4.7