Джек и бобовый стебель (начало)
Игорь Крейн
Жила когда-то на свете бедная вдова, и был у неё один-единственный сын Джек да корова Белянка. Каждый день Джек водил корову пастись на поле Кривого Билла, у которого была самая лучшая трава в округе. А по утрам Белянка давала молочко, да какое молочко закачаешься!
Но каждое утро мать с сыном отбирали молочко у коровы и выпивали, а что не могли уже выпить продавали. А с коровой не делились. Каждый раз Белянка, с жадностью глядя на полный бидон молочка, укоризненно спрашивала: «А мне?», но её словно никто и не слышал.
И вот как-то раз корова отказалась отдавать им молочко. Она выпила его сама, а что не выпила то вылила наземь и, как могла, постаралась прикрыть лужу лепёшками. А сама сверху уселась, довольная: «Хорошо-то как!»
Матери же с сыном ничего не досталось.
Как же нам быть? Как быть? твердила мать, ломая руки.
Не унывай, мама! говорил Джек, пытаясь склеить мамины руки. Я наймусь к кому-нибудь на работу. Тогда мы сможем покупать молочко у Кривого Билла.
Да ведь ты уже пробовал наниматься, только никто тебя не берёт, возразила мать. У тебя же две левые руки с рождения.
Это верно, вздохнул Джек, видя, что с клейкой у него ничего не выходит руки у него и в самом деле были одна левее другой. Такой уж он уродился. Он критично оглядел свою работу и добавил: Впрочем, тебе ли попрекать меня руками?
Ой, ну какой же ты неловкий! воскликнула мать. Посмотри: даже мои сломанные руки толком склеить не можешь... Нет, видно, придётся нам продать нашу Белянку, продолжала причитать она, ломая ноги, и на вырученные деньги построить большую теплицу. Тогда зимой все будут водить своих коров к нам, а Кривой Билл лопнет от зависти.
Что ж, хорошо, мама, быстро согласился Джек, радуясь, что на работу наниматься не нужно. Сегодня как раз базарный день, и я живо продам Белянку, обернусь ещё до вечера. Тогда и посмотрю, что можно сделать с твоими ногами. А ты сиди дома, раз уж так случилось, только смотри ничего больше не ломай.
И вот взял Джек в левую руку повод, а в более левую хворостину, и повёл корову на базар. Белянка всю дорогу весело бежала трусцой и занятно взмукивала при виде собак, кошек, других коров, деревьев, шмелей, овец, Джековых односельчан, окурков самокруток, лягушек, муравьёв, монашек, коровьих лепёшек, ржавых гвоздей, белых чёртиков, булыжников и дилижансов. Джек, обычно тоже радующийся всему на свете, напротив, шёл грустный, поскольку остался сегодня без молочка.
Но не успели они пройти и двух вёрст, как повстречались с каким-то чудным старичком.
Доброе утро, Джек! сказал старичок.
Белянка, увидев старичка, радостно замычала.
И тебе доброго утра! кисло ответил Джек, а сам подумал: разве ж сегодня утро доброе? Без молочка же остались. Да и старичок весь какой-то странный; больно уж весёлый. Сам-то, небось, молочка хлебнул, вот и дразнится.
Ну, Джек, куда путь держишь? спросил старичок.
А то ты не знаешь! грубо ответил Джек.
Знаю, знаю. Корову продавать! засмеялся старичок, прыгая на одной ножке вокруг Джека и дразнясь: Джек-леворучка ведёт корову под ручку! Джек-леворучка ведёт корову под ручку!
Джек переложил хворостину в другую руку:
Ты смотри, сообразительный какой, всё знает. А знаешь ли ты, что левая рука у меня особенно тяжёлая?
Старичок перестал дразниться, став вдруг очень серьёзным. Молча и степенно он начал скакать в другую сторону и на другой ноге.
А скажи-ка мне, о грустный Джек, сколько нужно бобов, чтобы получилось пять? спросил он наконец.
Джек подумал.
А какая разница сколько, если их всё равно курить нельзя?
Ну, не скажи, хитро прищурился старичок, и Джек насторожился: а вдруг, и впрямь бобы тоже толковая трава. Так сколько же нужно бобов, чтобы получилось пять? повторил старичок свой вопрос.
Восемь?.. Нет-нет-нет-нет, не считается!.. М-м-м... Семь?
Подумай ещё раз, посоветовал старичок, только на этот раз не торопись.
Джек стал загибать пальцы:
Один боб, два боба... это уже три, значит... потом ещё три боба... три да три будет шесть... или семь?.. И ещё четыре и пять... Джек поглядел на сжатую в кулак левую руку, и тут его осенило: Полная жменя бобов, вот сколько!
Всё-таки Джек был малый не промах.
Верно! сказал старичок. Ну-ка, раскрой теперь ладонь. Смотри-ка, вот они, эти самые бобы!
И вправду, на ладони у Джека лежала горстка каких-то диковинных бобов. С виду, вроде, обыкновенные бобы, но дух от них шёл такой чудной, что Джек не удержался и понюхал их, и даже два раза лизнул. Белянка тоже проявила интерес к бобам, протянув шею из-за плеча Джека и шумно раздувая ноздри.
Джек шуганул не в меру любопытную животину хворостиной, и та отскочила в сторону.
Раз уж ты такой смышлёный, продолжал старичок, я не прочь с тобой поменяться тебе бобы, а мне, так и быть, корова!
А мне что? недовольно замычала корова, но Джек, не выдержав, всё-таки стеганул её хворостиной: знай своё место! Корова обиженно замолчала и стала уныло жевать левую штанину старичка. Тот, наконец, перестал скакать вокруг Джека и упал.
Бобы это, конечно, хорошо, задумчиво сказал Джек, продолжая держать бобы на ладони и пытаясь подсчитать их более левой рукой. Каждый раз выходило по-разному: то восемь, то семь, а то и вовсе два. Но я вообще-то молочко люблю.
Да не волнуйся ты, их ровно пять, как я и сказал, уверил старичок, отряхиваясь и бросая многообещающие взгляды на Белянку. Кроме того, ты ещё не знаешь, что это за бобы. Посади их вечером, и к утру они поднимут тебя до самого неба.
Да ну? Правда? удивился Джек.
Тут Белянка опять развеселилась и села на землю, громко мыча и хлопая себя хвостом по тощим ляжкам.
Чтоб я сдох! не моргнув глазом, сказал старик и снова заскакал, приговаривая: Чтоб я сдох, чтоб я сдох...
Врёшь, небось.
Я вру?! Ну хорошо, сказал старичок. Если я не сдохну заберёшь свою корову обратно. Договорились?
Ладно! согласился Джек.
Он отдал старичку Белянку и хворостину, а бобы ещё разок нюхнул и положил в карман. Старичок живо оседлал Белянку и во всю прыть поскакал куда-то вдаль, только пыль столбом.
ещё про Джека и бобы >>
<< ещё правдивых сказок >>
|